Говорят, что лучше жалеть о сделанном, чем о несделанном, и я, в общем-то, согласна с этим утверждением. И тем не менее, так много иногда хочется сделать – здесь и сейчас, - но не делается. Потому что… Да какая разница, почему? Нормы, условности, страх, мало ли. Факт остается фактом: момент упущен. Миг, который уже не повторится.
В последнее время одним из довольно навязчивых желаний такого рода для меня является желание дотронуться до кого-нибудь привлекательного, оказавшегося в опасной близости от меня в метро или другом общественном транспорте. Просто дотронуться – до изящных пальцев, до нежной кожи шеи, до бархатистой щеки; поиграть с прядью чьих-то таких мягких на вид волос; ощутить под своими пальцами игру напрягающихся под загорелой кожей мускулов... Волна чувственности, которая охватывает меня при этом, почти непреодолима, но при этом в ней совершенно нет похоти, нет желания обладать, нет, пожалуй, даже эротизма.
Я закрываю глаза и представляю – но не делаю. Никогда не делаю – не поймут. Не поддаюсь этому желанию, подобно тому, как не поддаюсь стремлению шагнуть с обрыва в пропасть или с платформы на рельсы: почему-то кажется, что это одинаково бессмысленно. Ведь вероятность того, что человек улыбнется в ответ на ласку незнакомца, а не отстранится, раздраженный, до обидного мала. Мы вынуждены бесцеремонно вторгаться в личное пространство друг друга, но свято чтим то последнее, что все же остается.
А иногда в вагонной толчее просто наслаждаюсь близостью чьего-то тела, чьим-то щекочущим дыханием на своей шее. И вот здесь главное – запах. Обычно я мало внимания уделяю запахам, но в эти моменты он принципиально важен. К сожалению, мужчины часто пахнут неприятно, а девушки – слишком сильно. Но я все равно стараюсь найти приятные моменты даже в такой обыденной и частенько неприятной вещи, как общественный транспорт в час пик. Пусть даже и воображаемые.

Хотя, кто знает, может быть, когда-нибудь, – я вообще известная любительница совершить безумство-другое на досуге.